Число детей мигрантов в Москве постоянно растет. Однако в школы, как явствует из статистики, попадают далеко не все, а значит, многие из них абсолютно не адаптируются к нашей жизни. Что делать в такой ситуации, вместе с РОСВУЗом 18 ноября разбирались участники VII-го Московского гражданского форума.
По официальным данным, в московских школах ежегодно обучаются около 27 тысяч детей мигрантов. (В настоящее время — 25 тысяч.) Первое место занимают ребята с Украины — 5 тысяч человек, второе и третье из Киргизии и Азербайджана — по 3 тысячи, а в топ-десятку также входят вьетнамцы — 689 человек.
Между тем, фактически в Москве работают около миллиона иностранных граждан (в ноябре этого года — 1,1 миллиона). А так как от 5 до 15% иностранцев составляют дети до 17 лет, то, очевидно, что на каждого учащегося не-россиянина в московских школах приходится как минимум один малолетний мигрант, не обучающийся нигде, сообщил директор проектов Фонда развития международных связей «Добрососедие», член Общественного совета Росстата, ответственный секретарь Общественно-консультативного совета при московском отделении Федеральной миграционной службы Юрий Московский. И можно не сомневаться: «отсутствие адаптации и обучения через какое-то время создадут нам серьезные проблемы, ведь когда не строят школы, как известно, приходится строить тюрьмы. В Москве уже сейчас есть районы, где иностранных граждан очень много», — подчеркнул он.
Завалов на пути адаптации и обучения детей мигрантов в Москве очень много. Например, отсутствие регистрации, без которой ребенка нельзя принять в школу. Или, наоборот, переполненность некоторых классов детьми, не владеющими русским языком. По-хорошему, их число, по оценке специалистов, не должно превышать 10-15% от состава класса, ведь в противном случае, качественного образования не видать ни им самим, ни остальным ребятам в классе. Но кто реально выдерживает эту норму?
Правда, по данным столичного Департамента образования, ситуация с обучением мигрантов в Москве более, чем благополучная, сообщила консультант управления Департамента образования Москвы Александра Киселева. Число правонарушений с участием малолетних приезжих с 2010 года неуклонно сокращается. Изучение русского языка идет усиленными темпами: его ведут 7 школ изучения русского языка и еще 7 курсов русского языка как иностранного. Профилактика ксенофобии активно идет путем переписки московских школьников со сверстниками из других регионов — например, Дагестана. Так что, вроде бы, всё в порядке.
Однако реальная картина выглядит по-другому, зеверила замглавы комиссии Общественной палаты Москвы по делам национальностей, миграционной политики и религии Мария Котовская: из 7 школ русского языка реально осталось лишь две, тогда как остальные закрылись; регистрация дается на календарный год, не совпадающий с учебным, а потому директор школы имеет право отказать ребенку в продолжении учебы; число детей, не охваченных системой образования, растет. А, значит, мигранты всё сильнее отсекаются от школы, что чревато непредсказуемыми социальными последствиями.
Правда, как оказалось, так думают не все. По словам оппонентов, «сейчас мы идем по скользкому пути мультикультурализма и толерантности, который провалился в Европе. На самом же деле школ для мигрантов в Москве не нужно вовсе: учить нашему языку их нужно там, на родине. А тех, кто русский не выучил, незачем сюда и пускать!»
Разноголосица мнений участников Форума в полной мере отражает разнобой в состоянии умов российского общества в целом. Однако не будем забывать: за рубежом именно Россию часто приводят в качестве примера успешного применения тех самых принципов мультикультурализма и толерантности, о которых шла речь. И отказаться от них в такой многонациональной и многоконфессиональной стране, как наша, нельзя по определению.